Питерские ученые провели экспедиционное исследование современной этнокультурной инфраструктуры вепсов Ленинградской, Вологодской областей и Республики Карелия.

Ежегодно, с наступлением летнего периода, представители преподавательского состава Санкт-Петербурского государственного университета проводят различные научные экспедиций. Одна из таких исследовательских поездок была организована под эгидой Русского географического общества и носила тему: «Экспедиционное исследование современной этнокультурной инфраструктуры вепсов Ленинградской, Вологодской областей и Республики Карелия».

В мероприятии, маршрут которого проходил по трем субъектам Российской Федерации, приняли участие преподаватели кафедры этнографии и антропологии института истории Санкт-Петербургского государственного университета во главе с заведующим кафедрой - Новожиловым Алексеем Геннадьевичем. Главной целью экскурсии было определено проведение научно-исследовательских работ в местах поселений вепсов - одного из самых малочисленных коренных народов России, отнесенных к финно-угорской языковой группе.

По завершению успешно проведенных работ, мы встретились с командой единомышленников и задали им несколько вопросов, относящихся к истории зарождения вепсов, как отдельного этноса, а так же итогов поездки и ее общих результатах, полученных в процессе проведенной работы.

Первым нашим собеседником стал старший преподаватель кафедры этнографии и антропологии института истории Санкт-Петербургского Государственного университета, доцент, кандидат исторических наук Егоров Сергей Борисович. Свою кандидатскую диссертацию он защищал как раз по данной теме: «Традиционная культура южных вепсов».

- Сергей Борисович, когда появилось первое упоминание о вепсах?

- Здесь ситуация очень сложная. В связи с тем, что вепсы, как «вепсы», получили свою известность и сами себя начали так именовать только лишь в 30-х годах XX века. Это произошло потому, что до этого у разных групп вепсов были свои самоназвания. Чтобы было более понятно, приведу такой пример. Так, ранее, где-то они называли себя «чудью», частично в некоторых местах - «вепсляйне», где-то - «людикель». Ну, и так далее. В Вологодской области были группы, называвшие себя «тягаляйше», что в переводе означает - «местные». Интересно то, что ученые возводили вепсов к летописной весе, которая упоминалась еще в средневековых источниках. Но, на мой взгляд, это не совсем правомерно, поскольку та весь, с которой связывали вепсов, жила несколько восточнее, то есть, на территории Белозерья. А вот именно этнонимы, связанные с весью, они-то по всей видимости и были восприняты теми периферийными группами прибалтийско-финского населения. К тому же эта весь говорила даже не на прибалтийско-финском языке. Если говорить о самом термине «вепс», то, как я уже отметил выше, он появился только лишь благодаря советской политике государства в начале 30-х годов прошлого столетия. Тогда все группы, говорившие на близких диалектах, были объединены одним общим наименованием. Поэтому вепсы так сами себя сейчас и называют. Они, конечно, обижаются на то, что их иногда называют: «кайванами», «чухарями», то есть какими-то пренебрежительными названиями. Не нужно забывать, что часть вепсов сами себя в прошлом называли «чухарями» и не в коем случае не обижались на это. Это было их самоназвание, как в Вологодской, так и в Ленинградской областях.

- Какие территории заселены вепсами сегодня?

- Их основными местами проживания являются Республика Карелия, Ленинградская и Вологодская области. Дело в том, что в начале XX века несколько десятков семей уехало в Сибирь. Это было связано с нехваткой ресурсов, в первую очередь, связанных с землей. Это движение началось в 20-х годах. Тогда первые вепсские переселенцы осели на территориях Иркутской и Кемеровской областей, которые им изначально очень понравились. После этого они стали перетягивать к себе и своих родственников. Основная миграция вепсов произошла в период начала коллективизации. Тогда многим пострадавшим от ее процессов пришлось уехать к родным в Сибирь. И если мы посмотрим данные переписи, то увидим, что вплоть до последнего времени в Иркутской и Кемеровской областях числилось несколько десятков вепсских семей. Сейчас, конечно, они не сохранили свою культуру, поскольку старшее поколение ушло, а младшее - ассимилировалось. Но они все равно помнят о своих корнях. Буквально лет десять назад была собрана экспедиция из Петрозаводска, которая проводила изучение этих вепсов. И в ходе ее работы выяснилось, что потомки вепсских переселенцев с удовольствием вспоминали о своих корнях. Кроме этого, они в течение всего периода Советской власти вели переписку со своими родными и близкими. Единственное, они вепсские тексты в письмах писали русскими буквами. Вот таким образом они поддерживали связь между собой. Необходимо отметить, что в одно время в Сибири проживало несколько сотен южных вепсов. В итоге часть их возвратилась назад, поскольку природные и погодные условия для них были не очень привычными.

- Сергей Борисович, во многих вепсских поселениях можно встретить очень интересную особенность, когда в двух соседних друг от друга деревнях люди разговаривают совершенно на разных диалектах. Что, по Вашему мнению, является первопричиной данной особенности?

- Это характерно не только для вепсов, но и для русских. Если мы рассмотрим какие-то соседствующие друг с другом деревни, то заметим, что в них говорят по-разному. Ведь если посмотреть на расположение вепсских поселений, то мы увидим, что они представляют собой небольшие группы деревень, расположенных где-то в стороне, да к тому же каждый сельский населенный пункт удален от другого на несколько километров, а порой даже за десять, двадцать и более. И получается, что вепсы жили, если можно так сказать, «на особицу». То есть контакты между ними были значительно меньше, чем, например, в деревнях, расположенных вдоль дорог. В связи с этим мы видим, что добираться до них было сложно. К тому же и их окружение было разное. Если взглянуть на карту русских говоров и диалектов, то они тоже очень отличаются друг от друга. Так вышло, что вепсы жили в окружении контактов и с одной группой, и с другой, и с третей. Соответственно много слов у них было из русского языка. Где-то они не были заимствованы. Но где-то произошло сохранение архаических терминов, которые по каким-то причинам не прижились у других групп и тем самым были вытеснены из речи. В ходе жизненных процессов в лексиконе вепсов происходило зарождение новых слов. Так, например, в одной деревне валенки называли «валенцы», в другом - «кингет», а в третьем - «бетут». Хотя деревни расположены в нескольких километрах друг от друга, названия того или иного предмета носили и носят до сих пор совершенно разные названия. А поскольку литературного языка у вепсов не было, то все эти диалекты развивались самостоятельно, так сказать, варились в собственном соку. Соответственно так и появлялись данные различия. Кроме того, степень контактов с русским населением была разная. Там, где они контактировали больше, то и заимствований было больше. Где-то в глубинке они сохраняли больше своих, именно вепсских слов прибалтийско-финского происхождения. Кроме того, и в древности разные группы этого населения, которые впоследствии были преобразованы в вепсскую народность, точно так же контактировали с разными национальными группами. Одни - с предками карел. Другие - с предками саамов. Третьи - с предками славянского населения. Вот именно это все и оказало такое влияние на данные различия. Например, у южных вепсов есть такое словосочетание для обозначения периода Рождественского поста, как «карачунен пиге». Что оно означает? Карачун - это слово, идущее от древних славян. Многие считают, что это не что иное, как божество. Это говорит о том, что предки вепсов контактировали с группой славянского населения, которое сохранило данное слово. А где-то в вепсском обращении нет такого слова вообще. Получается, что нам встречается существование более ранних контактов. Некоторые группы вступили в контакты значительно позднее. Соответственно, у последних уже совершенно иные заимствования и совершенно другие наименования.

Следующий вопрос адресовали руководителю научной экспедиции – заведующему кафедрой этнографии и  антропологии института истории Санкт-Петербургского государственного университета, доценту, кандидату исторических наук А.Г. Новожилову:

- Алексей Геннадьевич, как Вы считаете, вепсы как национальность стоит на пороге полного исчезновения или все-таки есть какие-то шансы на ее дальнейшее возрождение?

- Вопрос этот очень сложный. Ну, в том виде, в каком они существовали 100 лет назад, точно не возродятся. То есть такого сплошного расселения не будет. Это проблема вообще всего Севера России. Я был на совещании по линии отдела по делам национальностей и регионального развития при администрации губернатора Архангельской области. На нем выступающие говорили точно о таких же проблемах, какие напрямую касаются и нас с вами. Например, говорили о Мезени. Этот населенный пункт вообще забрасывается несмотря на то, что там шикарные места. Или — Онежский район, Карпогоры, Пинега, Каргополь и т. д. Все эти населенные пункты тоже забрасываются людьми. На самом деле, в Архангельской области катастрофическая ситуация обстоит с самими райцентрами. А про их деревни даже и разговора нет. Да что там райцентры? Сам Архангельск давно дает уже отрицательную демографическую динамику. На данном совещании одна из выступающих обратилась к чиновникам и предложила им переехать жить туда самим. Получилось грубо, но справедливо. Ведь XXI век говорит о том, что условия-то должны быть достойными. Несомненно, есть категория фанатичных людей, которые захотят жить в таких условиях, поближе к дикой природе, которых принято сегодня называть «природными экстремалами». Но большинству-то нужен комфорт... Поэтому, если говорить о возрождении любого малого народа, в данном случае - вепсов, то это должно проходить уже в каких-то новых формах и крупных центрах, с комфортными условиями, с экономически развитой инфраструктурой. Недавно нам рассказывали о Пяжелке. Раньше каждое утро 6 автобусов, набитых лесорубами, разъезжались в разные стороны. А какие сейчас лесорубы? Сегодня в лесу уже никто бензопилами-то, практически, не работает. Поэтому весь вопрос состоит в следующем - чтобы в крупных центрах было сконцентрировано население, говорившее бы на вепсском языке, соблюдающее традиции своего народа, придерживающееся своей культуры и т. д. Это не подразумевает большой город или мегаполис. Для этого достаточно обычного населенного пункта - крупного села или поселка городского типа. Но идея состоит в том, чтобы при своем переселении вепсы сохраняли свои дома в глухих и заброшенных деревнях. Это необходимо для того, чтобы они сами или их дети не забывали свои корни и приезжали на родину своих предков. Такая практика существует и в Винницах Ленинградской области, и в Пяжозере Вологодской области. Люди живут в поселке, а их родовой дом находится в 10-15 километрах, но в глухой деревне. Мы говорим про это. И ведь это правильно. Если в этой форме, при таком виде да с таким подходом к проблеме... Вот только таким образом мы можем надеяться на то, что такая малая народность, как вепсы, будет сохранена. Хотя бы сохранена. Мы пока даже не стараемся и думать об ее численном увеличении. Но и тут нельзя давать стопроцентных прогнозов. Здесь огромную роль играет еще и сама внутренняя политика. Именно на сегодня она благожелательна. Решить данную проблему можно только комплексно и никак по-иному. Все вытекает одно из другого. Не будет развития экономики - не будет работы на селе. Не будет работы - не будет средств к существованию. Не будет средств - люди будут сниматься со своих оседлых мест и уезжать в поисках лучшей жизни. Все это звенья одной цепи.  Если подводить общий итог, то в первую очередь все зависит от того, насколько активны сами жители. Люди сами должны организовываться и проявлять инициативу. Ведь во многих поселениях это практикуется. Они понимают, что находятся на самой грани, но все-таки цепляются и стараются приложить максимум усилий, чтобы сохранить свою национальность. Так, например, в Тимошинской основной школе Бабаевского округа ведется дополнительный предмет - вепсский язык. Особенность его преподавания заключается в том, что сам язык изучают русские дети, потому как детей-вепсов на данный момент в школе нет. Ребятам очень нравится не только изучать новый для себя язык, но и познавать саму культуру и традиции малого народа. Они с удовольствием участвуют в разных вепсских национальных конкурсах и выступлениях. И главное - уверенно занимают призовые места! Получается возрождение вепсского языка русским населением, а также приобщение его к вепсской культуре. Ведь нация живет до тех пор, пока живет ее язык. В советское время вепсы уже переживали сложный период, когда родители старались не говорить со своими детьми на вепсском языке, причиной чему было в первую очередь влияние общеобразовательных школ. Это было связано с тем, что дети вепсов поступали в первые классы, не зная русского языка вообще. И для того, чтобы ускорить процесс его освоения, родители старались не говорить при детях на своем родном. Соответственно в школе учителя вепсских детей также стимулировали на то, чтобы они разговаривали только лишь на принятом общегосударственном языке. Если ребенок начинал говорить по-вепсски, то ему делалось замечание. В связи с этим у ребенка складывалось мнение, что вепсский язык - это что-то такое нехорошее и неприятное, на котором говорить не стоит. А соответственно, если дети эту речь не слышали, то постепенно они отказывались от вепсского языка. Они могли понимать, но уже не говорили. И вообще есть очень много разного рода вепсских поговорок на эту тему. Вот одна из них: «С нашим языком дальше нашей деревни не ходят!» Помимо вышесказанного была ограничена и бытовая сфера использования вепсского языка. Отсюда следовало, что он менее престижный, если провести аналогию с тем же русским. Сейчас, в момент осуществления новых элементов в политике, в процесс детско-юношеского воспитания вводятся все новые и новые элементы. Это и проведение разного рода конкурсов, издание газет и журналов на вепсском языке. И все это стало происходить именно тогда, когда стало престижно быть представителем малой народности России. Особенно это касается вепсов, когда они стали ассоциироваться у всех с чем-то хорошим, экзотическим, положительным и добрым...

На этом наша встреча подошла к концу. Из всего того интересного и познавательного, что нам удалось узнать из беседы с учеными, мы вынесли основное - надежду и оптимизм на то, что вепсы как малая народность России будет сохранена. Но для этого необходимо приложить немало усилий, и на муниципальном, и на региональном, и даже федеральном уровнях!